Chopard - Мечта Каролины

Одна из самых известных в часовом мире женщин — Каролина Груози-Шойфеле, вице-президент дома Chopard. С ее приходом в правление компании связана кардинальная смена имиджа марки: из чисто часового производителя Chopard превратился в известный брэнд класса de luxe. Идеи уникальных ювелирно-часовых коллекций Happy Diamonds и Golden Diamonds, в любви к которым признались самые изысканные красотки мира, принадлежат хрупкой невысокой улыбчивой Каролине. Сама она утверждает, что создает март-апрель 2004 не просто часы. Она создает Мечту

— Каролина, первый вопрос несколько нескромен. Не смущает ли вас то, что вы работаете в компании, которая принадлежит вашей семье? Получается, что своему успеху вы обязаны происхождению, и если бы не были Шойфеле, то не смогли бы занять такой пост? — О, нет, вы знаете, подобные мысли меня никогда не посещали. После окончания школы дизайна и архитектуры я пошла работать в Chopard, что было довольно естественно. Но вместе со мной трудилось на таких же условиях еще несколько дизайнеров, так что я не считаю, что заняла чье-то место. Мой сегодняшний пост — это не синекура, я занимаюсь любимым делом. Если бы я работала плохо, мои коллекции вряд ли бы пользовались популярностью. — Расскажите, пожалуйста, поподробнее о вашей роли в Chopard? И что вы считаете своим личным достижением для упрочения успеха компании? — В нашей семейной компании каждый отвечает за определенную сферу деятельности. Поскольку я — художник по образованию и призванию, то моя область — это дизайн. Я отвечаю за дизайн всех ювелирных и часовых коллекций, за исключением мужских. Это уже область моего брата Карла-Фридриха. Кроме того я отвечаю и за PR-политику компании, в которую входит и открытие новых бутиков, и показ коллекций, и такое грандиозное мероприятие, как Каннский фестиваль. То, что Chopard добился статуса официального ювелира крупнейшего кинофестиваля, я считаю одним из важнейших своих достижений. Ведь это событие, по сути, не менее значимо, чем, скажем, выставка в Базеле, а уж по количеству знаменитостей и освещению в прессе вообще не имеет равных в Европе. И то, что главная презентация наших новых коллекций проходит именно там, играет огромную роль в формировании имиджа Chopard. Люди видят, что мои украшения и часы выбирают мировые звезды, актрисы и топ-модели, и поэтому стиль от Chopard становится для многих синонимом стиля «люкс». — Известно, что женщин, создающих именно часовой дизайн, намного меньше, чем мужчин. Как вы думаете, что мешает прекрасному полу создавать часы? — Я думаю, что ничего не мешает. (Смеется.) Просто раньше в женском дизайне как таковом не было необходимости. Грубо говоря, дамские часы были всего лишь уменьшенной и чуть более изящной копией мужских. Сейчас ситуация изменилась, женщины стали более требовательны и точно знают, чего они хотят. А хотят они иметь то, что создается специально для НИХ. Поэтому дизайнеры, создающие именно женские коллекции, становятся все более востребованными. И неудивительно, что многие из них — сами женщины. В этом отношении политика Chopard всегда шла в ногу со временем, потому что мы четко разделяем мужские и женские коллекции и каждую создаем, отталкиваясь от разных концепций. Например, я создаю не просто красивые часы, а, как мне кажется, то, о чем мечтает каждая женщина.

— Идея вашей последней коллекции Golden Diamonds — это тоже воплощение женской мечты или знак внимания модному сейчас стилю 20-х и Морису Куайе с его знаменитыми mystery clocks? — Это целиком моя идея. Golden Diamonds никоем образом не копирует чьи-либо идеи, ничего подобного раньше никто не делал. И, можно сказать, что это действительно мечта: огромные сверкающие бриллианты из золота в обрамлении настоящих бриллиантов. — А кто для вас сейчас глава дома de Grisogono Фаваз Груози в первую очередь: муж, партнер или конкурент? — Конечно же муж! (Смеется.) Мы женаты уже восемь лет, и я не перестаю восхищаться им и его талантом. Да, он видит мир и ювелирное искусство немного по-другому, чем я, к тому же у него собственный бизнес, но у нас по-прежнему очень много общего. — А третье поколение семьи Шойфеле уже как-то вовлечено в семейный бизнес? — Пока об этом говорить рано. Возможно, дети моего брата пойдут по нашим стопам и станут дизайнерами. Но пока еще они слишком маленькие и рисуют только сказочных животных. — Вы занимаетесь женскими коллекциями, а ваш брат Карл-Фридрих, второй вице-президент, отвечает за линию сложных механических часов L.U.C. Какое из направлений является наиболее приоритетным для Chopard? — Оба важны. Однако стоит учитывать, что L.U.C. — еще очень молодая коллекция. Ей всего три года, но наша компания связывает с высокой механикой большие надежды и перспективы. Трудно сказать, что приоритетнее, скорее следует вести разговор о разных подходах. И женские ювелирные модели, и мужские классические часы это две составляющие общего образа Chopard — компании, производящей аксессуары класса de luxe. — И последний вопрос. Когда ваш отец Карл Шойфеле уйдет на пенсию, кто станет следующим президентом компании — вы или ваш брат? — Мы оба. Специально для такого случая мы уже продумали институт со-президенства. Один год мой брат будет занимать этот пост, а следующий — я.